Евгений Магда: «Анонимные аккануты наподобие Сер З-М - это политтехнология»

Неотъемлемым атрибутом публичного человека сегодня является активное участие в виртуальной жизни. Аккаунты в соцсетях превращаются в элемент «джентльменского» набора политтехнологий - политбомонд соревнуется в количестве подписчиков и читателей, а СМИ составляют рейтинги «политических» аккаунтов. О виртуальной реальности политизированных соцсетей, кто или что стоит за анонимными аккаунтами – в интервью с политическим экспертом Евгением Магдой.

Кого бы из политиков вы выделили, как стабильно ведущих свои страницы в  соцсетях?

- Первые, кто приходит на ум – Олег Ляшко, Анатолий Гриценко, Виктор Балога.  Если говорить о Кабинете Министров - Арсен Аваков. Мы наблюдаем специфический феномен, когда человек, перешедший из законодательной в исполнительную власть, а до этого бывший в вынужденной эмиграции, продолжает действовать так, как будто он все еще находится в оппозиции. Из-за этого у него сложился образ министра виртуальных внутренних дел.

Что касается Порошенко, то сейчас на Банковой изменяются подходы к соцсетям, и он пытается себя демонстрировать в них достаточно стабильно и уверенно. Тимошенко - тут, как говорится, без комментариев, ведь после президентской кампании, вот уже больше двух месяцев, в соцсетях она никак себя не проявляет. Одно сообщение в Твиттере за два месяца, в нынешнем, быстро меняющемся мире, это очень слабо. Наверное, проблема в том, что в Украине существует такая двуединая ситуация: с одной стороны многих политиков пытаются втиснуть в пиджак Барака Обамы в части использования интернета, говоря, что «Вы без собственной страницы в соцсетях ничего не сможете добиться». А с другой стороны – мне сложно назвать политиков, являющихся признанными лидерами мнений в виртуальном мире. Фактически большинство ведущих политических лидеров  даже не пытаются скрыть, что страницы ведут за них, что сами они, в лучшем случае, как-то вычитывают и согласовывают публикации. По-моему, наши политики не относятся к соцсетям как к  инструменту коммуникации с обществом, что, на мой взгляд, является ошибкой.

На ваш взгляд, политику лучше самостоятельно вести свои странички в соцсетях, или поручить это пресс-службе?

- Если политик ведет сам свой аккаунт, то он должен понимать, что это для него, возможно, виртуальное окно в реальный мир. И тут он  столкнется со спамом, с грязью, которую будут вбрасывать нарочно в комментариях, чтобы он на них отреагировал. Если аккаунты политика ведет пресс-служба, то она должна быть технологически к этому подготовлена. Она должна работать таким образом, чтобы у людей неподготовленных не возникало мыслей, будто политик ведет аккаунт не сам. На Западе политики часто используют Твиттер, как инструмент коммуникации, как инструмент быстрых сообщений. В этом пане в свое время преуспел Константин Грищенко, когда был министром иностранных дел, сегодня в этом ключе работает Павел Климкин. Видимо, в МИДе есть определенная преемственность либо в подходе к позиционированию, либо в работе пресс-службы.

Анонсировать, что страницу за политика ведет пресс-служба - это проигрышно?

- Это более слабый вариант, чем когда аккаунт ведет сам политик, но это лучше, того, когда политик об этом не говорит, а это неожиданно становится секретом Полишинеля, т.е. становится известно всем. Если ведет пресс-служба, то политику, во-первых, лучше всего, найти предлог и сказать об этом. Не лишним будет очертить  круг вопросов лично его компетенции. Будет странно если, например, премьер-министр, который поручает вести свой аккаунт пресс-службе, о каких-то кадровых решениях и других важных моментах сообщает не лично. Если в работе с аккаунтом  нет какой-то личностной составляющей, нет какой-то изюминки, то он постепенно превратится в ленту информагентства, и никакого особенного интереса представлять не будет.

Зачастую пресс-службы (а большинство политиков все же не ведут страницы самостоятельно) допускают всевозможные «ляпы» от имени политика. Как выходить из таких ситуаций? Твердить заезженное «взломали аккаунт»?

- У меня есть внутреннее ощущение, что значительная часть наших политиков считает, что в жизни Украины ничего не изменилось как  вообще в целом, так и в виртуальной жизни в частности. Поэтому они просто не хотят понимать, что при желании можно найти архив их выступлений, высказываний за последние лет десять. Если политик будет каждую неделю говорить о том, что его «аккаунт взломали», то он просто перестанет восприниматься как носитель какой-либо серьезной информации. У меня вообще к нашим парламентариям, к их деятельности в соцсетях неоднозначное отношение потому, что они зачастую спешат бежать впереди паровоза. И это даже касается больше не парламентариев, а тех политиков, которые стали советниками министров, советниками президента. Они пытаются не просто стать святее Папы Римского, а стремятся выдать «на гора» такую эксклюзивную информацию, которая часто вне сферы их компетенции. Они сами себя «пошивають в дурні». Политик должен осознавать, что его аккаунт  является виртуальным продолжением его реального образа, и он не может себе позволить «шалить».  Раз уж ему оказано определенное доверие, то ему надо соответствовать тому образу, который есть.

В чем секрет анонимных аккаунтов,  таких как Сер З-М в Facebook? Вы сами его читаете?

- Читаю. Мы даже «френды». Запретный плод, во-первых, сладок. Во-вторых, человек, который ведет таким образом аккаунт, имеет возможность решать свои тактические  политические задачи. При этом, я не исключаю, что мы через какое-то время увидим конкуренцию таких аккаунтов в контексте будущих парламентских выборов. Подобные аккаунты могут стать своеобразным оружием в борьбе одних политических сил с другими. Но их нельзя абсолютизировать, поскольку анонимные аккаунты, с одной стороны, достаточно легко набирают популярность, а с другой стороны они должны постоянно подпитываться эксклюзивной информацией. Как  только такой аккаунт перестанет выдавать сенсации, его можно закрывать.

То есть - это политтехнология?

- Да, конечно! Мы еще не до конца понимаем, что социальные сети уже вошли в нашу жизнь достаточно плотно, но мы в части их развития серьезно отстаем от Запада. Там люди уже чаще уходят из соцсетей, чем приходят.  У нас глубина проникновения Интернета не такая большая, как в Штатах, поэтому нам еще есть куда расти.

Кто может стоять за аккаунтом Сер З-М?

- Я не задавался этим вопросом. Это человек, по моему предположению,  не относится к категории «принимающих решения», но он относится к категории тех, кто может находиться на расстоянии вытянутой руки от сильных мира сего. Говорят, что самое незаметное место в полумраке, если человек стоит под фонарем. За аккаунтом Сер З-М может стоять целая группа людей, поэтому будем говорить об аккаунте. Аккаунт сначала выдавал  вещи, которые люди хотят прочитать, особенно о российской политической элите, играл на конъюнктуре, а теперь все активней и активней входит в украинскую политическую элиту и пытается ею манипулировать.  Но тут есть нюанс: поскольку в виртуальном мире можно много добиться, но нельзя добиться однозначной реакции. Подобные  аккаунты – заложники своей контраверсийности. Они должны постоянно будоражить общественное мнение. Есть люди, которые будут слепо верить и есть люди, которые будут говорить: «Нет. Это не то. Я с этим категорически не согласен!». Очевидно, что у такого аккаунта должна быть своя логика развития и логика поливариантная, которая предусматривает выходы, если ситуация будет развиваться разным образом. Ну и постоянная необходимость «вбросов» тем, типа «Миллер-гей», «Саркома Путина», и других, которые «пипл хавает».

Вернемся к аккаунтам реальных политиков. Стоит ли, если эта страница публичная, активно участвовать в обсуждениях, комментировать? Или должна быть политика «Я сказал свое мнение и ушел»?

- Исходя из личного опыта, я скажу, не будучи политиком, что если постоянно в эти  «холивары» пускаться, то не останется времени на реальную жизнь. Должен быть четкий формат использования: мы об этих вещах говорим, а о каких-то вещах не говорим вообще, о каких-то вещах я допускаю возможность вступления в дискуссию, т.е. предполагается наличие некоего «дворника-модератора», который «сносил» бы весь «мусор». Ведь зачастую, на аккаунты политиков подписываются не только люди, знающие реально этого политика в жизни и  журналисты, но и такие себе специфические  френд-глори-хантеры, которым просто лестно сказать, кто у него во «френдах». Это нормальный процесс, ничего в этом такого нет и, переживая достаточно высокий политизированный уровень общества, мы будем с подобными вещами сталкиваться еще очень долго. Вступать в дискуссии я бы советовал только по принципиальным вопросам, но при этом сам человек должен для себя определить, что для него является принципиальным.

Стоит ли политику выносить на обсуждение в соцсетях какие-то личные вопросы – семьи, увлечений? 

- Я думаю это его личный выбор. Если политик говорит только о политике, то его аккаунт никогда не будет создавать эффекта живого человека. Если политик не будет «живым» в своем аккаунте, то он будет обречен на предположение, что его ведет пресс-служба. Это как сухой хлеб и вода. Утолить голод и жажду можно, но это не доставит какого-то эстетического и гастрономического удовольствия. Но нужно и понимать, что подобные заигрывания с аудиторией могут быть чреваты тем, что человек просто столкнется с несколько непредсказуемой реакцией, что его увлечение собирать марки или предпочтение кубинских сигар доминиканским может вызвать больший интерес, чем его политические взгляды, политические мировоззрения. Это тоже нужно понимать, взвешивать «за» и «против» политику, если он хочет оставаться политиком, оставаться носителем определенных взглядов и позиций.

Какова, на ваш взгляд, оптимальная частота постов, например, в Фейсбуке?

- Если меньше, чем раз в день, то возникает вопрос: зачем человек завел этот аккаунт?

А если у человека насыщенный рабочий график и он выдает информацию частями, по мере ее поступления. Другой день выдается малоинформативным. Стоит ли поддерживать определенную активность?

- В первом случае он заменяет информагентство. Если у человека будет ядро, какое-то количество «друзей», «подписчиков» он сможет быть для них достаточно интересен. Если человек интересен (независимо от того политик он или нет) в реальной жизни, то он, как правило, будет интересен и в виртуальной жизни. Если он по сути своей скучен, то какие бы он рюшики и позументы не приделывал к своим постам в соцсетях, он все равно не будет интересен. Нельзя осуществить массовый обман, не используя четкие и понятные технологии. Готовы ли к этому наши политики - я не уверен.   

О каких технологиях идет речь?

- Я говорил уже об анонимных аккаунтах, где нужно показывать либо черное, либо белое. Политик тоже так может, но если он будет все время постить некую секретную информацию, то быстро он перестанет ею обладать. Сегодня, в условиях боевых действий на востоке Украины, создается такое впечатление, что у каждого в квартире свой генеральный штаб. И это плохо потому, что мы фактически сталкиваемся с ситуацией, похожей на ту, которая было 1917 году после Февральской революции, когда большевистские агитаторы распропагандировали боеспособные воинские части. У нас сейчас поднимается много социальной истерики, я думаю, что это элемент информационной войны. И эта истерика в социальных сетях еще будет продолжаться. С одной стороны это саморазворачивающийся процесс – как можно запретить человеку истерить? Привлекательность соцсетей в том и состоит, что в них можно писать все, что угодно. Даже если человек опасается, что его «забанят». Поэтому технология заключается в том, чтобы целенаправленно бить по каким-то болезненным точкам. Но это больше, я думаю, прерогатива известных журналистов, чем политиков. Хотя тенденция смены квалификации из политических обозревателей в военные эксперты без соответствующего опыта и образования меня пугает.

Большинство наших политиков идет в Фейсбук, сейчас начал активно развиваться Твиттер. Стоит ли политикам больше внимания уделять блогам и другим социальным сетям, например, ВКонтакте?

- Каждому политику нужно понимать, где находится его аудитория. Если его аудитория более молодежная, то, наверное, ВКонтакте он не может обойти своим вниманием. По крайней мере, своим присутствием. Если более осмысленная, то я бы посоветовал политикам в LinkedIn выходить, чтобы показать, что они тоже в это вовлечены, чтобы показать, что они понимают, как это работает. Это скорее как пиар-акция, чтобы найти себе нового помощника, пресс-секретаря или нового советника. У нас глубина проникновения интернета остановилась где-то на уровне районного центра, и ниже проникает очень неохотно, я думаю, что возможно более активно будет развиваться ситуация после того, как появится 3G. А пока политики должны ориентироваться на потребности своих потенциальных избирателей, своих поклонников.

Насколько аккаунты в соцсетях есть необходимость для политика или высокопоставленного чиновника?

- Если политик или чиновник не хочет заводить свой личный Фейсбук, он может завести аккаунт организации. Как Азаров говорил: «Я час в неделю работаю в Фейсбуке». Стереотипность мышления часто приводит к мысли, что соцсети затягивают и создается впечатление, что соцсети all round. А на самом деле это далеко не так. Ну зачем, например, соцсети Симоненко? Его избирателя там нет. Молодежь может зайти на официальную страницу КПУ и там, что-то для себя найти в плане информации.

А если бы Симоненко был активен в соцсетях, как Спиридон Килинкаров? Мог бы он привлечь внимание к КПУ молодого поколения?

- Как учит опыт двадцатилетнего пребывания Симоненко во главе Компартии, что бы он ни делал… Я приведу пример Геннадия Кернеса. Если мы посмотрим, сколько людей на него смотрит в Инстаграмме, то можно понять, что он там является «раздражителем». А в конкретной реальной жизни он себя позиционирует как жесткий руководитель и в Харькове достаточно высоко котируется. Можно по-разному к нему относиться, но проблемы города Кернес как может - так и решает. А соцсети - это не его политика, это просто ему нравится, он себе может это позволить. Поэтому нет универсального рецепта, все зависит только от того, какие цели политик ставит перед собой. Если он хочет «снять сливки», то ему надо будет постоянно громко о чем-то говорить, постоянно раскачивать аудиторию. Если он хочет вести диалог, то тут должен быть диалог. Нужно самому вести аккаунт, самому определять повестку дня, самому понимать, на что реагировать, на что не реагировать. Искать какую-то золотую середину.

В контексте избирательных технологий насколько соцсети могут заменить традиционную агитплощадку в виде прессы, билбордов?

- Если политик хорошо «раскручен», его аккаунт хорошо «прокачан», то он может заменить традиционные методы донесения избирательной программы, но на уровне столицы, большого областного центра. Но в глубинке современный избиратель продолжает верить местной прессе. Это нормальное явление, в этом нет ничего странного. На выборах 2012 г. была такая «фишка», что если политика нет в соцсетях, то его как бы и вообще нет. Но это не совсем правда. Надо выстраивать логику  и понимать, что сам по себе аккаунт в соцсетях может напоминать только фейерверк или холостой выстрел. А для того, чтобы это был выстрел на поражение, аккаунт должен быть максимально полным. Это только одна из граней политика, если мы говорим о многогранной политике.

Как бы вы оценили политиков ВО «Свобода» в соцсетях и Олега Ляшко?

- Сложно характеризовать работу одной политической силы в соцсетях. У нас ни у одной политической силы нет четкой программы виртуального развития. Есть какой-то предвыборный SMM (Social Media Management), но дальше… В «Свободе» есть Аронец – главный стример всея страны. Но электорат «Свободы» не сидит все время в интернете, он больше все-таки живет в реальной жизни. «Свободе», если она хочет сохраниться в Верховной Раде, придется предпринимать очень серьезные усилия не в виртуальном смысле, а в смысле полного реального наполнения своего образа, чтобы он был как можно более многогранным. Олег Ляшко – эффектный проект. Виртуальный, но эффектный. Тут надо понимать, что он в этом плане как сверхновая звезда. Быстро взлетела и быстро сгорит. Точно так же как и Арсен Аваков. Как только он потеряет пост министра внутренних дел, он перестанет быть интересен многим его подписчикам. Когда человек с публичным образом, занимается технологическими вопросами, это вызывает определенный уровень недоверия у потребителей его информации.

Источник: 
PRпортал