Как взломать избирательную кампанию

Энрике Пенья Ньето объявил о своей победе на президентских выборах в Мексике почти в полночь. Ньето, юрист и миллионер, происходит из семьи мэров и губернаторов. Его жена - звезда мыльных опер. Они сиял от счастья, осыпаемый разноцветным конфетти в штаб-квартире Институционно-революционной партии Мексики в Мехико, партии, которая находилась у власти более семидесяти лет, прежде чем ее потерять в 2000 году. На пути к возвращению этой власти ночью 12 июля 2012 года Ньето обещал обуздать насилие, связанное с наркоторговлей, бороться с коррупцией и открыть новую более прозрачную эру в политике Мексики.
В двух тысячах миль от Мехико, в апартаментах шикарного района Боготы Андрес Сепульведа сидел перед шестью компьютерными мониторами. Коренастый бритоголовый колумбиец Сепульведа с эспаньолкой и татуировкой в виде QR-кода шифровального кода на затылке. Там же на затылке, чуть ниже, красуется еще одна татуировка: слова “</head>” (голова) и “<body>” (тело), одно над другим - туманный намек на программирование. Он смотрел прямую трансляцию победной вечеринки Пенья Ньето, ожидая официального объявления результатов.
После объявления победы Ньето Сепульведа начал уничтожать улики. Он сверлил отверстия в съемных носителях, жестких дисках и телефонах, поджаривал их микросхемы в микроволновой печи, а затем разбивал все молотком на мельчайшие кусочки. Он уничтожил документы в шредере, спустил бумагу в канализацию и избавился от серверов в России и Украине, которые были арендованы анонимно с оплатой криптовалютой. Он избавлялся от всего, что сам называл секретной историей самых грязных выборов в Латинской Америке в новейшей истории.
Тридцатиоднолетний Сепульведа на протяжении восьми лет путешествовал по континенту, организовывая основные предвыборные кампании. Это была самая сложная работа, которую он когда-либо выполнял. Бюджет составлял 600 тысяч долларов. Он возглавлял команду хакеров, которые занимались кражей политических стратегий, манипуляциями в социальных медиа, направленными на создание ложных волн энтузиазма и насмешек, а также установкой шпионского оборудования в офисах конкурентов - всем, чтобы помочь центристскому кандидату Ньето добиться победы. В эту июльскую ночь он открывал бутылку за бутылкой пива Colón Negra, празднуя успех. Как обычно в ночь выборов, он был один.
Карьера Сепульведы началась в 2005 году, и его первая работа состояла во взломе сайтов предвыборных кампаний и баз данных спонсоров конкурирующих политиков. Затем на протяжении нескольких лет он набирал команды для краж, шпионской деятельности и предоставления порочащей информации для президентских кампаний по всей Латинской Америке. Его услуги были не дешевы, но предоставляемый спектр услуг был широк. За двенадцать тысяч долларов в месяц клиент мог нанять команду, которая умела взламывать смартфоны, манипулировать веб-сайтами и заниматься массовыми рассылками. За двадцать тысяч долларов можно было позволить себе расширенный пакет услуг, включающий комплексный перехват цифровых данных, атаки хакеров, дешифровку и кибер-защиту. Хорошо была налажена работа по заметанию следов - через подставных посредников и консультантов. Сепульведа говорит, что многие кандидаты, которым он помогал, могли даже не догадываться о его роли; лично он встречался только с несколькими из них.
Его команды работали на президентских выборах в Никарагуа, Панаме, Гондурасе, Сальвадоре, Колумбии, Мексике, Коста-Рике, Гватемале и Венесуэле. Связь c штабами кандидатов, упоминаемым в этой истории, поддерживалась через бывших и настоящих спикеров кампаний. Из всех теневых переговорщиков только представители мексиканской Институционно-революционной партии и гватемальской Партии национального прогресса в настоящее время могли бы что-то прокомментировать.
В детском возрасте Сепульведа стал свидетелем волны насилия от рук колумбийскими марксистов. Повзрослев, он примкнул к правому крылу, набирающему силу по всей Латинской Америке. Он уверен, что его хакерская деятельность не более дьявольская, чем тактика его противников, таких как Уго Чавес и Даниэль Ортега.
Многие усилия Сепульведы не дали результата, но на его счету достаточное количество побед для констатации факта: в 21 веке никто не оказал большего влияния на политические процессы в Латинской Америке. "Моя работа состояла в организации грязных приемов, психологического давления, черной пропаганды, распространении слухов - всего, что находится на темной стороне политики. Всего того, о существовании чего не многие знают, но все могут увидеть" - говорит он на испанском, сидя на маленьком пластиковом стуле во внутреннем дворике по-военному укрепленной резиденции генерального прокурора Колумбии. Он отбывает 10-летнее тюремное заключение по обвинению в использовании вредоносного программного обеспечения, заговора с целью совершения преступления, нарушения неприкосновенности частной жизни и шпионаже, которые имели место во время президентских выборов 2014 года в Колумбии. Он первый раз согласился поведать свою историю в надежде убедить публику в своем раскаянии и с целью добиться сокращения тюремного срока.
Сепульведа рассказывает, что обычно с ним расплачивался Хуан Хосе Рендон, политический консультант из Майами, которого называют Карлом Рове Латинской Америки. Рендон не признает, что он прибегал к услугам Сепульведы для совершения противоправных действий, и категорически отрицает всю информацию об их взаимоотношениях, которую Сепульведа изложил Bloomberg Businessweek. Все, что признает Рендон - это факт знакомства и использование услуг Сепульведы по веб-дизайну. "Если я вообще разговаривал с ним, то, может быть один или два раза, никогда тет-а-тет, и речь шла о вопросах, связанных с веб-дизайном. Я не нарушаю закон. Вообще. Безусловно, в политике находится место грязи. Кому-то может это не нравится, это нормально. Но если это не законно, я не стану этого делать. Я не святой, но и не преступник". Сепульведа всегда уничтожал все данные по завершении работы, однако оставлял некоторые документы на доверенном хранении членов своих хакерских команд или других третьих лиц - в качестве подстраховки.
Сепульведа предоставил Bloomberg Businessweek переписку по электронной почте, в которой он общается с Рендоном и представителями его офиса касательно хакерской деятельности и хода хакерских операций в процессе кампании. Рендон заявляет, что это подделка. Однако, аналитики независимой консалтинговой фирмы по компьютерной безопасности изучили предоставленные сообщения электронной почты и сделали заключение, что они подлинные. Некоторая информация, которую сообщил Сепульведа, подтверждается фактами, публиковавшимися во время различных предвыборных кампаний, но многие детали проверить, практически, невозможно. Один человек, принимавший участие в предвыборной кампании в Мексике, предпочитающий оставаться инкогнито по соображениям безопасности, полностью подтвердил участие Сепульведы в данной кампании в его интересах, а также в интересах Рендона.
Сепульведа заявил, что ему несколько раз предлагали работу в Испании, и на все эти предложения он ответил отказом, сославшись на свою занятость. На вопрос о том, имеют ли место манипуляции во время президентской предвыборной кампании в США, он дает недвусмысленный ответ: "Я на сто процентов уверен, что да".
Сепульведа вырос в бедном районе Букараманга, что в восьми часах езды на машине от Боготы. Его мать была секретарем, отец был активистом, который помогал фермерам найти другой источник заработка, кроме выращивания коки. Семья вынуждена была часто менять место жительства из-за постоянных угроз со стороны наркомафии. Его родители развелись, и в возрасте пятнадцати лет он перестал ходить в школу и переехал жить к своему отцу в Боготу, где первый раз сел за компьютер. Позже он поступил в местное техническое училище и с помощью своего друга обучился программированию.
В 2005 году старший брат Сепульведы, журналист, помогал в проведении предвыборной кампании партии президента Колумбии Альваро Урибе. Урибе был для братьев настоящим героем, союзником США, который укреплял армию, чтобы противостоять Революционным вооруженным силам Колумбии (ФАРК). Во время посещения штаб-квартиры партии Сепульведа достал ноутбук и подключился к внутренней сети по беспроводной связи. Он легко влез в компьютер Рендона, который был главным стратегом данной кампании, и получил доступ к рабочему графику Урибе и текстам его речей. Сепульведа говорит, что Рендон был в ярости и с ходу предложил ему работу. Рендон говорит, что это неправда.
На протяжении десятилетий выборы в Латинской Америке были подставными, они не выигрывались в честной конкуренции, а используемые методы были до банального просты. Местные агенты раздавали в обмен на подписи избирателей все что угодно - от наличных до мелких бытовых приборов. Однако в 1990 году реформы избирательной системы потрясли регион. Избирателям стали выдавать защищенные идентификационные карточки, а за проведением выборов внимательно следили беспристрастные институты. В Латинскую Америку пришли современные избирательные кампании, в том виде, в котором они известны североамериканцам.
Рендон уже начал успешную карьеру, которая, по словам его критиков, подтверждаемых не одной судебной тяжбой, была основана на грязных трюках и распространении слухов. (В 2014 году президент Сальвадора Карлос Маурисио Фунес обвинил Рендона в организации "грязных" предвыборных кампаний по всей Латинской Америке. Рендон подал в суд во Флориде, но дело было закрыто, поскольку суд посчитал, что Фунес обладает неприкосновенностью.) Ребенок активистов-демократов, он изучал психологию и работал в рекламном бизнесе, перед тем как приступить к рекламе кандидатов в президенты в родной Венесуэле. После обвинения президента Чавеса в манипуляции с голосами избирателей в 2004 году он покинул страну навсегда.
По словам Сепульведы, его первая работа заключалась во взломе веб-сайта конкурентов Урибе, краже списка электронных адресов и организации рассылок с дезинформацией. Ему платили пятнадцать тысяч долларов в месяц - в пять раз больше, чем он получал на своей предыдущей работе по дизайну веб-сайтов.
Сепульведа оказался под большим впечатлением от Рендона, который владел целым гаражом роскошных автомобилей, носил самые дорогие часы и тратил тысячи долларов на костюмы по индивидуальному заказу. Так же как Сепульведа, он был перфекционистом. Его работники приходили на работу рано, а уходили поздно. "Я был очень молод" - говорит Сепульведа. "Я занимался любимым делом, мне хорошо платили, и я много путешествовал. Это была идеальная работа". А что было превыше всего, их политика правого толка была в тренде. Сепульведа воспринимал Рендона, как наставника и настоящего гения. Убежденный буддист и мастер боевых искусств, как заявляется на его персональном веб-сайте, Рендон поддерживал имидж загадочного опасного человека. На публике он появлялся исключительно в черном, и иногда это был костюм самурая. На том же сайте он называет себя политическим консультантом - "самый высокооплачиваемый, никого не боящийся, но которого боятся все, а также самый востребованный и эффективный". В этом, в том числе, была заслуга Сепульведы.
Сепульведа говорит, что Рендон нашел способ, как интегрировать в современную политическую игру хакеров - агрессивная реклама, сбор информации об оппозиции, подавление избирателей, которые стоят за противников. Что до самого Сепульведы, его самым большим прозрением оказалось то, что люди больше всего верят спонтанному выражению мыслей простых людей в социальных медиа, чем тому, что говорят эксперты по телевизору или в газетах. Он также знал, как просто создаются поддельные учетные записи, как с их помощью организовать волну необходимой информации, причем сравнительно недорого. Он написал программу, теперь называемую Social Media Predator (Хищник социальных сетей) по созданию и управлению целой армией поддельных аккаунтов в Твиттере. Программное обеспечение позволяло ему быстро менять имена, фотографии профилей и детали биографии, подстраивая всю эту информацию под свои нужды. Наконец, он понял, что манипулировать общественными дебатами так же легко, как передвигать фигуры на шахматной доске, или, как он сам выразился: Когда я обнаружил, что люди верят тому, что говорится в сети Интернет больше, чем тому, что они видят в реальности, я понял, что в моей власти сделать так, что люди поверят, практически, чему угодно".
 
Голова Сепульведы. Верхняя татуировка - это QR-код с шифровальным ключом.
 
Сепульведа говорит, что ему платили наличными, половина вперед. Когда он путешествовал, он использовал поддельный паспорт и останавливался в гостинице один, отдельно от других членов избирательной кампании. Никому не разрешалось входить к нему в комнату со смартфоном или камерой.
Большинство заданий передавались ему лично. Сепульведа говорит, что Рендон давал ему записку с именами, адресами электронной почты и телефонными номерами. После этого Сепульведа шел в свою гостиницу, вводил данные в зашифрованный файл, а записку сжигал или спускал в канализацию. Если Рендону было необходимо написать электронное письмо, он использовал закодированные сообщения. "Ласкать" означало организовать атаку; "слушать музыку" - установить прослушивание указанного телефонного номера.
Рендон и Сепульведа старались, чтобы их не видели вместе. Они пользовались специальными телефонами, которые менялись каждые два месяца. Сепульведа говорит, что он ежедневно посылал отчеты о своих успехах и оперативные данные через подставные адреса электронной почты посреднику в офисе Рендона.
Каждое задание заканчивалось составлением списка помеченных разными цветами данных. В день выборов Сепульведа уничтожал все данные, отмеченные красным цветом. Это была информация, которая могла отправить в тюрьму как его самого, так и его работодателя: прослушиваемые телефоны и отслеживаемые адреса электронной почты, список взломанных ресурсов и конфиденциальные доклады. Все телефоны, жесткие диски, флеш-накопители и компьютерные серверы уничтожались физически. Менее секретная информация - списки поездок, ведомости по заработной плате, финансовые планы - сохранялись на флеш-накопителях и передавались для окончательной проверки. Они тоже уничтожались, через неделю после выборов.
В большинстве случаев Сепульведа собирал команду и вел все свои операции из арендованного дома или апартаментов в Боготе. У него была команда из 7-15 хакеров, состав которой подвергался постоянной ротации. Специалисты в различных областях компьютерных технологий набирались по всей Латинской Америке. По мнению Сепульведы, лучшее вредоносное программное обеспечение писали бразильцы. Венесуэльцы и эквадорцы лучше всех проявляли себя в оборудовании для сканирования и в защитном программном обеспечении. Аргентинцы - настоящие мастера перехвата мобильных звонков. Мексиканцы - отличные хакеры, но болтливы; Сепульведа использовал их только в крайнем случае.
Задания были разные – занимающие от нескольких дней до нескольких месяцев. В Гондурасе Сепульведа занимался защитой средств связи и компьютерных систем кандидата в президенты Порфирио Лобо Соса - от хакеров, которых наняли его конкуренты. В Гватемале он прослушивал переговоры шести политических фигур, а все данные передал Рендону через тайник. (Сепульведа говорит, что это была небольшая работа на клиента Рендона, который был связан с правой Партией национального прогресса (ПНП), в которой заявили, что никогда не пользовались услугами Рендона и ничего не знают о его деятельности). В 2011 году в Никарагуа Сепульведа руководил хакерской атакой на Ортегу, который избирался на третий президентский срок. Это был один из редких случаев, когда Сепульведа работал для другого клиента, не в интересах Рендона. Он взломал электронный адрес жены Ортеги, а также его пресс-секретаря и похитил большое количество личной и секретной государственной информации.
В 2012 году его команда, объединенная негативными эмоциями по отношению к Чавесу, пренебрегла привычной осторожностью. Во время избирательной кампании, в которой Чавес баллотировался на четвертый президентский срок, Сепульведа анонимно выложил на YouTube ролик, где он просматривает электронную почту одного из самых влиятельных людей в Венесуэле, Диосдадо Кабельо, а также президента Национальной ассамблеи. Он также вышел за пределы круга доверенных хакеров и нанял членов группы хактивистов Анонимусы для атаки на веб-сайт Чавеса.
После того, как Сепульведа взломал аккаунт Кабельо в Твиттере, Рендон поздравил его с этим достижением. “Eres noticia :)”— "вы в новостях" написал он Сеупльведе 9 сентября 2012 года. (Рендон отрицает отсылку этого сообщения). Сепульведа предоставил скриншоты десятков сообщений электронной почты, а также много оригинальных сообщений, из которых видно, что с ноября 2011 года по сентябрь 2012 года он посылал целые списки взломанных государственных веб-сайтов для различных кампаний одному из старших сотрудников Рендона. Сообщения сопровождались комментариями на хакерском сленге, например, "Поимели!". За две недели до президентской гонки в Венесуэле Сепульведа послал скриншоты, на которых видно, как он взламывает веб-сайт Чавеса, и как он может включать и выключать его, как ему заблагорассудится.
Чавес победил, но спустя пять месяцев умер от рака, запустив срочную президентскую кампанию, которую выиграл Николас Мадуро. За день до объявления победы Мадуро Сепульведа взломал его аккаунт в Твиттере и разместил на нем заявления о мошенничестве во время предвыборной кампании. Обвиняя "шпионскую хакерскую активность из-за рубежа", правительство Венесуэлы отключили Интернет по всей стране на двадцать минут.
В Мексике мастерство Сепульведы и видение Рендона, безжалостной политической машины, сыграли в унисон, подпитываемые огромными ресурсами Институционно-революционной партии Мексики (PRI). Год президентства Фелипе Кальдерона и Партии национального действия (PAN) отметился безжалостной войной против наркокартелей, которые сделали похищение людей, устранение непокорных и публичные казни обыденностью. С приближением 2012 года PRI стала продвигать молодого энергичного Пенья Ньето, у которого закончился срок успешного пребывания на посту губернатора.
Сепульведе не нравилась идея работы в Мексике, которую он считал опасной страной для политической деятельности. Однако Рендону удалось уговорить его, и Сепульведа совершил несколько поездок в Мексику, в том числе на частном самолете Рендона. Выполняя один из заказов в Табаско, Сепульведа взломал веб-сайт одного из политических лидеров, который оказался связанным с наркокартелем. После того как служба безопасности узнала о планах убийства Сепульведы, перед возвращением в Мехико ему пришлось провести одну ночь в бронированном Chevy Suburban.
В Мексике успешно функционирует трех партийная система, и Пенья Ньето столкнулся с оппонентами и справа, и слева. Правое крыло представляла PAN, от которой выдвигалась Жозефина Васкес Мота - первая женщина, претендующая на этот высокий пост от партии PAN. Слева оказался кандидат от Демократической революционной партии (PRD), Андрес Мануэль Лопес Обрадор, бывший мэр Мехико.
Опросы общественного мнения показали лидерство Пенья Ньето на двадцать пунктов, но его сторонники не желали рисковать. Команда Сепульведы установила вредоносное программное обеспечение на маршрутизаторах в штаб-квартире PRD, которое позволяло отслеживать все телефоны и компьютеры, которые были подключены к внутренней сети, включая аппараты, которые использовал кандидат. Подобные же меры были предприняты в отношении кандидата от PAN Васкеса Мота. Когда команды кандидатов подготавливали речи для своих лидеров, Сепульведа знал все детали, как только палец автора касался клавиатуры. Он знал о намеченных встречах и графиках поездок еще до того, как о них узнавала собственная команда кандидата.
Недостатка в деньгах не было. Сепульведа потратил пятьдесят тысяч долларов на высококлассное программное обеспечение российского производства, с помощью которого можно было быстро организовывать прослушивание устройств с различными операционными системами: Apple, BlackBerry и Android. Он также задействовал самые надежные подставные профили в Твиттере, которые существовали более года.
Сепульведа управлял тысячами таких подставных профилей, используя их для организации общественных дискуссий на такие темы, как борьба Ньето с наркоторговлей, вовлекая в обсуждение реальных пользователей. Для менее тонкой работы у него была целая армия из тридцати тысяч ботов, которые автоматически размещали посты в Твиттере, создавая тренды. Одно из обсуждений, которое затеял Сепульведа, вызвало большой резонанс и опасения, что чем больше голосов наберет Лопес Обрадор, тем ниже опустится курс песо. Сепульведа знал, что вопрос о надежности национальной валюты является одним из самых болезненных, и об этом он прочитал служебных заметках команд самих кандидатов.
Что бы ни понадобилось для кампании Пенья Ньето из арсенала черной магии цифровых технологий, Сепульведа был готов это предоставить. В день выборов он с помощью компьютерной программы организовал прозвон десятков тысяч номеров избирателей в три часа ночи в штате Халиско, где конкуренция была особенно высока. Звонки, якобы, поступали от представителей кампании левого кандидата Энрико Альфаро Рамиреса. В результате – тысячи разгневанных избирателей, в чем и был весь смысл, и Альфаро проиграл с небольшим отставанием. В другой избирательной гонке, в Табаско, Сепульведа через подставные аккаунты в Фейсбуке организовал кампанию геев в поддержку консервативного католического кандидата, представляющего PAN; хитроумный план, призванный оттолкнуть избирателей от соперника. "Я всегда подозревал, что в этом было что-то нечисто" - заявил недавно Жерардо Приего, когда ему рассказали, каким образом Сепульведа манипулировал социальными сетями.
В мае Пенья Ньето посетил Иберо-Амерканский университет, где был освистан студентами. Растерянный кандидат был вынужден ретироваться в соседнее здание, окруженный телохранителями, где, по утверждению некоторых СМИ, прятался в туалете. Это была катастрофа. Шансы Лопеса Обрадора взлетели.
PRI отыгрались после того, как обнародовали запись, на которой один из консультантов Лопеса Обрадора обращался с просьбой к известному бизнесмену о предоставлении шести миллионов долларов для закрытия дыры в бюджете предвыборной кампании своего кандидата. Не смотря на то, что хакер говорит, что не помнит, каким образом всплыла именно эта запись, его команда занималась прослушиванием переговоров этого консультанта, Луиса Коста Бонино, на протяжении нескольких месяцев. (Имеются данные о том, что 2 февраля 2012 Рендон послал Сепульведе три электронных сообщения с адресами и номерами телефонов Коста Бонино с пометкой "В работу"). Команда Сепульведы вывела из строя сайт консультанта и перенаправила журналистов на сайт-клон. На этом сайте было размещено сообщение, якобы, от Коста Бонино, который рассуждал на тему своих уругвайских корней, и не нарушает ли этот факт ограничения мексиканского законодательства по поводу участия в предвыборных кампаниях иностранцев. Коста Бонино покинул лагерь предвыборной кампании через несколько дней. Недавно он заявил, что у него были подозрения о слежке, но он не знал, каким образом это делалось. Вот, что необходимо иметь в виду при участии в избирательных кампаниях в Латинской Америке. Взлом телефона оппозицией - не новость. Когда участвуешь в избирательной кампании, необходимо иметь в виду, что вероятность прослушивания всех разговоров очень высока.
Пресс-служба Пенья Ньето отказалась комментировать данную информацию. Пресс-секретарь PRI заявил, что он не обладает информацией касательно участия Рендона в какой-либо избирательной кампании в интересах партии PRI. Рендон говорит, что он представляет интересы кандидатов от PRI в Мексике уже шестнадцать лет - с 2000 года.
 
Juan José Rendón, политический консультант
В 2012 году президент Колумбии Хуан Мануэль Сантос, преемник Урибе, неожиданно возобновил мирные переговоры с FARC в надежде положить конец 50-летней войне. Урибе был разъярен, ведь его отец был убит боевиками FARC. Он создал партию и стал поддерживать своего кандидата Оскара Ивана Зулуага, который выступил оппонентом мирных переговоров.
Рендон, работающий на Сантоса, хотел привлечь Сепульведу к своим операциям, но тот отказал. Он посчитал, что желание Рендона работать на кандидата, поддерживающего мир с FARC, является предательством, и говорит об отказе от принципов в пользу денег. Сепульведа заявляет, что его самой сильной мотивацией всегда была идеология, и только потом шли деньги. Он говорит, что если бы он хотел разбогатеть, он бы смог заработать существенно больше, взламывая компьютерные системы финансовых институтов. Впервые он отказал своему наставнику.
Сепульведа предложил свои услуги оппозиции, обратившись напрямую к руководителю кампании Зулуага Луису Альфонсо Хоесу. (Зулуага отрицает свою осведомленность о хакерской деятельности, а Хоес вообще отказывается беседовать на эту тему). Сепульведа рассказывает, что Зулуага и Хоес разработали план по дискредитации президента, продемонстрировав участие повстанцев в наркотрафике и в волне насилия во время проведения мирных переговоров. За несколько месяцев Сепульведе удалось получить доступ к телефонным разговорам и электронной переписке более ста членов FARC, включая ее лидера, Родриго Лондоно, известного также как Тимошенко. После сбора большого количества информации, говорящей об участии FARC в манипуляции голосами избирателей в сельской местности, Сепульведа согласился пойти вместе с Хоесом на телевидение Боготы и предоставить доказательства.
Это было довольно неосторожно: настолько явно работать против правящей партии. Месяц спустя, куря на террасе своих апартаментов в Боготе, Сепульведа увидел целый кортеж полицейских автомобилей. Сорок спецназовцев в черном отрезали все пути к бегству. Сепульведа винит свою неосторожность в общении с телевизионщиками. Он думает, что именно оттуда информация попала в полицию. В суде он появился в бронежилете, окруженный охраной с взрывозащитными щитами. На задних рядах зала суда сидели люди с фотографиями членов семьи Сепульведы, делая однозначные жесты около горла и прижимая ладони ко рту - молчи, или... Преданный своими недавними союзниками, он был признан виновным в хакерстве, шпионаже и других преступлениях и был приговорен к 10-летнему тюремному сроку.
Через три дня после прибытия в тюрьму Боготы во время визита к дантисту на него устроили засаду вооруженные холодным оружием люди, однако он был спасен подоспевшей охраной. Через неделю охранник разбудил его среди ночи и вывел из камеры, сказав, что у них появилась информация, что его должны застрелить прямо в камере из пистолета с глушителем. После очередного перехвата информации о попытке избавиться от Сепульведы его перевели в секретное место с усиленной охраной. Рядом с его кроватью всегда лежит взрывозащитное одеяло и бронежилет. Охранники проверяют его камеру каждый час. Сепульведа говорит, что частью его сделки с законом было обещание выдать ценного свидетеля, который поможет выдвинуть обвинение бывшему кандидату Зулуаге и его главному стратегу Хоесу. Власти выдали ордер на арест Хоеса, но в колумбийской прессе появились сообщение о том, что тому удалось скрыться в Майами.
Когда Сепульведу необходимо доставить в офис генерального прокурора Боготы, его перевозят в бронированном автобусе в сопровождении целого эскорта. Кроме этого, на всем пути следования подавляется сигнал мобильной связи, чтобы исключить возможность активации взрывного устройства.
В июле 2015 года Сепульведа сидел в маленьком дворике штаб-квартиры генерального прокурора Боготы, попивая кофе из термоса и закуривая Мальборо. Он говорит о том, что хочет обнародовать свою историю, так как общественность не понимает, какое мощное влияние на современные выборы оказывается со стороны киберпреступников, а также каковы должны быть меры по борьбе с данной деятельностью. "Я работал на президентов и различных известных политиков. Я делал очень многое, но я ни о чем не сожалею, так как моей главной целью было покончить с диктатурами социалистических правительств в Латинской Америке" - говорит Сепульведа. - "Я всегда говорил, что есть две стороны политики - то, что люди могут видеть, и то, что на самом деле движет политическими процессами. Я работал с невидимой стороны".
Он говорит, что ему разрешают пользоваться компьютером с доступом в Интернет; это является частью сделки - в ответ он помогает прокуратуре отслеживать и мешать деятельности наркокартелей с использованием специальной версии своей программы Social Media Predator. Прокуратура не подтверждает, но и не опровергает данную информацию. Сепульведа говорит, что сейчас он использует специальную версию своей программы, в том числе, для противодействия операциям, в которых он сам в свое время достиг вершин мастерства - манипуляциям с аккаунтами в Фейсбуке и Твиттере. С ее помощью он отслеживает 700 тысяч твитов с аккаунтов Исламского государства, чтобы изучить их методы найма боевиков. Сепульведа говорит, что его программа позволяет выявить агентов ИГИЛ за считанные минуты после создания аккаунта в Твиттере, и он надеется, что это способно помочь США и другим странам в борьбе с радикальными исламистами. Специалисты независимой консалтинговой компании, изучившие программный код Сепульведы, признают его подлинность и уникальность.
Дэвид Мэйнор, возглавляющий компанию по обеспечению безопасности компьютерных систем в Атланте, говорит, что он верит информации Сепульведы о том, что описанные технологии используются в политике, практически, на всех континентах. Мэйнор рассказал, что время от времени к нему обращаются с предложениями работы во время предвыборных кампаний. Предложения, в том числе, включают просьбы о получении информации по телефонным переговорам и электронной переписке, однако конечного заказчика отследить не представляется возможным. "Подобная деятельность ведется в США, причем все время" - говорит Мэйнор.
Однажды Мэйнора попросили взломать систему безопасности предвыборной кампании в качестве проверки ее надежности, но заказчик не смог предоставить достоверную информацию, говорящую о том, что он является частью данной кампании. В другом случае потенциального клиента интересовало, каким образом можно проследить за перемещениями кандидата, подменив его iPhone на подставную модель с установленным подслушивающим устройством. "По очевидным причинам, мы отклоняли подобные предложения" - говорит Мэйнор.
За три недели до ареста Сепульведы Рендону пришлось покинуть предвыборный лагерь Сантоса на фоне заявлений в прессе о том, что он взял у наркомафии двенадцать миллионов долларов и часть этих денег передал кандидату, что, естественно, он сам категорически опровергал.
Рендон сообщает, что позже он был опрошен в Майами официальными лицами из Колумбии. Он рассказал, что колумбийцев интересовала информация, которую им передал Сепульведа, и что он ответил, что роль хакера сводилась к веб-дизайну.
Он отрицает факты найма Сепульведы с целью выполнения каких-либо противоправных действий. "Он говорит, что работал на меня, чуть ли не в двадцати проектах, но это неправда" - говорит Рендон. "Я никогда не заплатил Сепульведе ни пенса".
В прошлом году, ссылаясь на анонимные источники, колумбийские СМИ сообщили об участии Рендона в президентской кампании Дональда Трампа. Рендон это отрицает. Он признает, что к нему обращались из предвыборного штаба Трампа, но он отказался, потому что тот ему не нравится. "Нам ничего не известно об этом человеке" - заявил пресс-секретарь Трампа Хоуп Хикс. "Я никогда даже не слышал о нем, так же как и другие члены нашей команды". Рендон также сообщил, что он находится в процессе переговоров с другим кандидатом в президенты США, имя которого он предпочел не упоминать. Начало его работы планируется на начало основной гонки после окончания праймериз.
 

By Jordan Robertson, Michael Riley, and Andrew Willis | March 31, 2016

From Bloomberg Businessweek

Источник: 
PRпортал