Информационная автаркия Украины
То, что гражданская война нужна не украинцам, а ее происхождение искусственно – факт, который начинают понимать и в Центральной, и на Западной Украине. Он подтверждается хотя бы тем, что части вооруженных сил Украины громят жилые кварталы без всякой на то необходимости с военной точки зрения, пишет "Корреспондент".
Даже в непосредственной близости к месту боевых действий, мужское население городов Новороссии не торопилось поначалу взять в руки оружие. Мобилизация в ряды ополчения не отличалась значительной активностью. В этом есть и немалая заслуга средств массовой информации, спектр которых в Украине с некоторых пор стал крайне ограничен, а потому жители страны практически не имеют информации о реальных событиях, происходящих в соседних с ними населенных пунктах. Но человек, каким бы ленивым или миролюбивым, ни был, не будет лежать на диване, если над этим диваном снесена крыша, а телевизор с холодильником в его квартире засыпало осколками окон и они не работают, т.к. разрушена электрическая подстанция.
Действия киевской власти способствовали не только выдавливанию население со своих мест проживания, превращая его в толпы беженцев, но и умножали ряды ополчения за счет людей, у которых после потери жилья и родных, не было иного выхода, как взять в руки оружие.
Очевидно, в Киеве изначально не было планов по развитию экономики страныпосле получения власти в государстве. Ведь ничто не мешало, начиная с конца февраля 2014 года победившим майдановцам-евроинтеграторам приступить к развитию таких выгодных, по их мнению, связей с Европой, осваивать инвестиции, которые должны были по их утверждениям, пролиться золотым дождем на Украину. А рост уровня жизни, при победившем майдане, и отсутствие коррупции были бы лучшей рекламой всем противникам новой власти. Но уровень жизни сорвался в пропасть, а коррупция расцвела пышным цветом так, что Янукович может позавидовать. И вместо решения экономических задач была развязана гражданская война.
Если было бы желание сделать Украину именно «єдиной», то элементарная логика подсказывает, что для этого нужно было искать и пропагандировать все то, что есть общим для всей Украины, и то естественное для жителей всех регионов, что не вызывает противоречий, и идти на встречу пожеланиям разных социальных групп, народностей, местных общин. А не искусственно создавать различия и развивать их, навязывать всем жителям страны особенности, присущие меньшинству населения. Такая политика просто не имела шансов на избежание конфликтов на этнической, языковой, религиозной почве.
Основная задача любой войны для ее зачинщиков, если говорить упрощенно – установление контроля над ресурсами территорий, находящихся под чужой юрисдикцией. Нынешние военные и информационные технологии позволяют оккупировать государства и территории без разрушений производственных мощностей и уничтожения населения – ведь и то, и другое также относится к ресурсам. «Цветные революции» - одно из наиболее эффективных средств ведения войны с минимальными разрушениями. И такой контроль над ресурсами был установлен в Украине.
То, что после успешно проведенного переворота в Украине события развились в беспричинную на первый взгляд, гражданскую войну – еще одно подтверждение, того что «майдан» не был борьбой за «лучшую жизнь» для народа. И Украина с ее ресурсами – не конечная цель нынешнего проекта. С населением Украины, невзирая на его, достаточно высокий уровень образования и культуры, поступают так, как поступают со старыми промышленными цехами, устаревшими, ненужными, предназначенными для сноса ради размещения чего-то более нового. Население страны просто утилизируют в гражданской войне, имеющей далеко идущие планы. А как повод, используют искусственно выращенные идеологические различия внутри украинского общества.
Украина была втянута в сетевую войну, как объект и средство этой, нового типа, войны. Сетевая война – это не только споры и ругань в блогах, ЖЖ, дискуссионных сайтах мировой паутине интернет.
Для справки.
«Сетевая война» – война в эпоху «сетевого общества». Термин «сетевое общество» введен в обращение еще в 1981 году Стайном Бретеном (Норвегия), получил распространение в начале 90-х благодаря голландцу Яну ван Дейку и испанцу Мануэлю Кэстеллсу. По Яну ван Дейку, «информация во многом влияет на сущность современного общества, в то время как сети формируют организационные формы и инфраструктуры этого общества.»
Сетевая война – концепция ведения войн, разработанная Офисом реформирования Вооруженных сил Секретаря обороны США под управлением вице-адмирала Артура К. Сибровски в конце 90-х годов. Переосмысление военной стратегии привело к появлению в США концепции постиндустриальных или сетевых войн.
Смысл военной реформы в рамках «новой теории войны» информационной эпохи состоит в создании мощной и всеобъемлющей сети, которая концептуально заменяет собой ранее существовавшие модели и концепции военной стратегии, интегрирует их в единую систему. Война становится сетевым явлением, а военные действия – разновидностью сетевых процессов.
«Сетевая война» направлена на установление и поддержание контроля над всеми, в том числе и над союзниками.
Сетевая война не предполагает обязательной очевидной оккупации территории, достаточно установить над ней сетевой контроль: контроль СМИ, контроль финансовых потоков, контроль доступа к технологиям, контроль над политической, культурной и религиозной элитой, контроль молодежных движений и организаций.
Основой любой сети является «активное меньшинство» - что демонстрирует любая «цветная революция»
Участие в сетевой войне может даже не осознаваться стороной, против которой ведется эта война. Ведение ее предполагает такую организацию информационного пространства, при которой событие, не получившее выхода в эфир, не было поддержано вниманием и распространением глобальных СМИ, считается не состоявшимся. Попросту, это означает, что события не было, даже если в ходе него погибли тысячи людей. И наоборот – событие в реальной жизни могло и не происходить, но о нем пишут, как о реальном событии, а значит оно «случается» и начинает жить своей собственной жизнью. Оно становится реальностью. Так произошло и с «атакой украинских подразделений колонны российской бронетехники» 15.08.14 – о чем в течение нескольких дней говорят все украинские СМИ. Они распространили сообщение о переходе границы с российской стороны целой колонны бронетехники, с которой частично расправились подразделения украинской армии. Однако никаких подтверждений, ни существования этой колонны, ни ее разгрома так и не поступило.
Даже многие из тех, кто знает, что колоны не было, считают, что был всего лишь факт передачи непроверенных сведений президенту П.Порошенко, и он озвучил непроверенную информацию. В свою очередь, уже президенту Украины поверили главы западных держав, вследствие чего, эту информацию разнесли все западные СМИ. Нет. Ошибки не было. В современной сетевой войне – именно это и есть эпизод реальной войны, которая вовсе не обязательно должна совпадать на 100% с материальным миром. Размах совпадений/несовпадений между материальным миром событий и виртуальным-информационным колеблется от 0% до 100%. То есть событие может иметь место в реальном мире, и оно может быть достоверно описано в СМИ, а может вообще не произойти в реальности, но в СМИ подробно будет описано как реальное. В промежутке между крайностями (хотя одной крайностью есть реальность) – возможны варианты: подача информации с определенными акцентами, или частичное умышленное умалчивание правды, или умышленное добавление вымыслов и т.д.
На основании событий, происходящих в виртуальном мире – информационном пространстве, принимаются решения в мире реальном физическом. В том числе и решения руководителей государств. Танки теперь не обязательно выплавлять из стали все до одного. Значительная их часть может состоять из электронных кодов, гигабайт информации на серверах, печатных строк на бумаге и экранов мониторов. Целую колону бронетехники можно создать в информационном пространстве и там же ее уничтожить – по факту колоны нет, а то, что ее и не было – не так важно. Важно, что можно создать информационный повод для предъявления кому-то обвинения.
Там же могут появляться и исчезать люди, причем тысячами и по обе стороны линии между жизнью и смертью – может изменяться как количество убиенных, так и количество живых. Можно, например, из погибших по полторы тысячи с обеих сторон линии фронта – и сербов и боснийских мусульман в боснийской Сребренице в июле 1995, сделать с помощью фантазии египетского обвинителя в Гааге восемь тысяч «жертв» с боснийской стороны, и ни одной с сербской. И никакие раскопки ученых-археологов, получивших реальное подтверждение реальных фактов, значения не имеют.
Можно из трех с половиной тысяч «пропавших без вести» в Южном котле на Донбассе солдат украинской армии сделать 300 раненых и 25 убитых. И никакая арифметика не поможет доказать абсурдность цифр.
Разные регионы Украины, да и Россия, Европа и США – все живут в своих реальностях, которые не всегда параллельны, и зачастую лишь частично пересекаются – в зависимости от организации и наполнения информационного пространства. Именно потому, так сложно понять друг друга жителям Донбасса и жителям Центра и Запада Украины. На Донбассе люди погружены в реальное происходящее с ними, а события, являющиеся источником информации для СМИ – их среда обитания, война – это то, что происходит с ними, их дома рушатся, они и их родственники гибнут. Остальная часть Украины живет в совершенно ином мире, в большей информационной автаркии, чем Северная Корея. Долго жить в условиях информационной блокады вряд ли возможно, и жителей этой Украины ждет лавина информации, с которой сложно будет адекватно справиться среднестатистическому человеческому мозгу. Конечно же, если будет кому эту информацию воспринимать после проходящей ныне утилизации украинского населения.
- Войдите, чтобы оставлять комментарии
