Нападение на российскую журналистку, прозрачность Касперского и офицерские вдовы РФ в обзоре западной прессы от 24 октября 2017
Западная пресса осветила нападение на заместителя главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» Татьяну Фельгенгауэр. Журналистка получила серьезные ранения после того, как нападающий нанес ей удар ножом в область шеи, сообщает издание The Independent.
На данный момент жизни журналистки ничего не угрожает – она была оперативно доставлена в отделение скорой помощи, где ей была оказана необходимая помощь.
Мотивы нападения пока не ясны, пишет издание, но источники, близкие к следствию, сообщили, что там склоняются к версии про «личный конфликт».
«Эхо Москвы принадлежит государственному газовому гиганту «Газпром», но оно дает эфирное время журналистам и комментаторам, которые отчаянно критикуют Кремль, и в прошлом ее изображали как “последнюю независимую радиостанцию России”», – пишут журналисты The Independent.
Одна из постоянных ведущих радиостанции, Юлия Латынина в начале этого года была вынуждена покинуть Россию из-за серии нападений, включая поджог автомобиля, отмечают там.
The Guardian: Лаборатория Касперского отчаянно пытается вернуть доверие пользователей.
Так в издании осветили инициативу Касперского открыть программное обеспечение и методы обеспечения безопасности для независимых аудиторов, чтобы доказать, что их антивирус безопасен.
«Нам нужно восстановить доверие в отношении между компаниями, правительствами и гражданами, – заявил в понедельник основатель «Лаборатории Касперского», Евгений Касперский. – Именно поэтому мы запускаем эту Global Transparency Initiative: мы хотим показать, насколько мы открыты и прозрачны. Нам нечего скрывать. И, я считаю, что этими действиями мы сможем преодолеть недоверие и поддержать нашу приверженность защите людей в любой стране на нашей планете».
Руководство компании неоднократно отрицало какое-либо сотрудничество с каким-либо правительством в области кибершпионажа, говорится в статье. Но опубликованный в октябре доклад явно обвинил Касперского в краже конфиденциальных данных с машины подрядчика Агентства национальной безопасности США.
Касперский отвергнул предположение, что его программное обеспечение когда-либо преднамеренно способствовало этому.
«Несмотря на то, что у нас есть команда внутренней безопасности, у нас бывает достаточно ошибок, мы не можем дать 100% гарантию того, что в наших продуктах нет проблем безопасности», – по словам Касперского, его фирма, возможно, тоже была жертвой хакерского взлома.
Первые примеры инициативы прозрачности компании начнутся уже в первом квартале 2018 года, сказал Касперский. Второй этап, запланирован на вторую половину года.
Журналисты Reuters опубликовали материал о вдове погибшего в Сирии российского майора, которая так и не смогла получить полагающейся компенсации от правительства России.
Вдова российского военного, жительница Севастополя Виталина Бордова уже полгода добивается финансовой поддержки от Москвы, в качестве вдовы офицера. Ее муж Сергей Бордов был в составе подразделения, развернутого в Сирии, и погиб под минометным огнем 18 апреля.
Она так и не получила пенсию, которую обычно имеют вдовы ветеранов войны, или квартиру, на которую она имеет право, в соответствии с правилами Министерства обороны РФ.
Спор спорит о том, что она по-прежнему официально зарегистрирована как живущая в квартире своего первого мужа, с которым она развелась три года назад. Российские чиновники настаивают, что это означает, что она не квалифицируется как человек, живущий один и нуждающийся в жилищной поддержке, или пенсии.
Журналисты Рейтер видели официальный ответ Министерства обороны России, в котором говорилось, что она не имеет права на квартиру, так как ей принадлежит одна треть квартиры ее первого мужа.
На сегодняшний день Виталина Бордова получила выплату в размере около $17 000 – одну пятую долю компенсации, выплачиваемую ближайшим родственникам ее мужа – детям от его первого брака и его матери.
По данным агентства Рейтер, за два года операции в Сирии погибло более 80 российских боевиков, включая высокопоставленных офицеров и частных военных подрядчиков. Официальная цифра – 39, поскольку министерство обороны не раскрывает всех смертей.
Формально, Россия участвует только в воздушной войне в Сирии, с небольшим количеством специальных и технических сил на местах. Москва отрицает, что ее войска участвуют в регулярных наземных боевых действиях.
Андрей Миронов
- Войдите, чтобы оставлять комментарии
