Турецкий Обама. Как Эрдоган себе конкурента создал

В крупнейшем городе Европы — 17-миллионом Стамбуле — завершились повторные выборы мэра, победу на которых снова получил представитель оппозиционной Народно-республиканской партии (НРП) Экрем Имамоглу. И победу куда более убедительную, нежели в апреле. По результатам обработки 100% бюллетеней, согласно предварительным данным, Имамоглу получил 54,19% голосов (4,7 млн) при явке 84%. Его главный конкурент — давний сторонник президента Реджепа Эрдогана, экс-премьер-министр Турции Бинали Йылдырым получил 44,97% поддержки избирателей (3,9 млн).

Йылдырым не медлил с признанием поражения. Как и сам Эрдоган, чье восхождение к власти также начиналось в Стамбуле. Президент поздравил Имамоглу и пожелал, чтобы "результаты повторных выборов мэра Стамбула пошли во благо нашего Стамбула". Триумфатор, в свою очередь, заверил, что бить горшки с властью не хочет, и призвал к тесному сотрудничеству.

Но оставим расшаркивания политиков и оценим значение прошедших выборов. За ними следили во всем мире, что могло бы польстить президенту Турции, если бы их итог не был столь досадным, столь близким к политической катастрофе как для самого Эрдогана, так и для правящей Партии справедливости и развития (ПСР). Сопротивляться походу оппозиционеров во власть Эрдоган, увлекшийся строительством турецкого мира в ущерб экономической ситуации, начал еще весной, максимально задействовав административный и медийный ресурсы, включая популистские обещания превратить собор Святой Софии в мечеть. Кстати, через несколько часов после победы Имамоглу лира к доллару сразу выросла на 2% — до 5,7 ₺/$.

Сделаем себе хуже

На прошедших в апреле муниципальных выборах ПСР потеряла ряд крупных городов, включая Анкару и экономическую столицу — Стамбул (18% от населения всей страны и треть всего ВВП). За город на семи холмах тогда битва шла нешуточная. И поначалу результаты вызывали оптимизм у Йылдырыма, поскольку сперва голоса считались в районах с электоратом ПСР — людьми с консервативными взглядами. Но постепенно, когда подошла очередь "светских районов", чаша весов начала склоняться в пользу кандидата от оппозиции. Йылдырым объявил о своей победе, завидев Имамоглу в 3 тыс. голосов от себя, а оглашение результатов зависло на всю ночь и возобновилось лишь утром по мере роста возмущения в рядах сторонников оппозиции. Имамоглу победил с разрывом в 23 тыс. голосов.

Как поступила власть? Отреагировала требованием изучения недействительных бюллетеней и бюллетеней из районов, поддержавших оппозицию, а также пересчета всех голосов. Своего добиться ПСР не смогла, и Имамоглу все же объявили мэром. Представитель НРП, не мешкая, начал наводить свои порядки, пользуясь тем, что большинство депутатов в горсовете, которое было за партией Эрдогана, на тот момент опасалось вступать в прямую конфронтацию с новым мэром и его сторонниками. Новый мэр, как пишет журналист Осман Пашаев, ко всему еще и сделал шикарный демократический шаг — ввел онлайн-трансляцию заседаний депутатов, которая опередила по рейтинговости развлекательные каналы. Таким образом Имамоглу еще больше увеличил свою популярность.

Однако ПСР все же нашла причину для отмены результатов выборов — наблюдатели. Согласно турецкому законодательству комиссии формируются из числа госслужащих, но их зачастую попросту не хватает, а потому бреши закрывают работниками банковского сектора. Обычно Высшая избирательная комиссия на это закрывает глаза, но не в случае с выборами в Стамбуле. Имамоглу поработал 18 дней и был вынужден снова стать кандидатом. Хотя вряд ли можно назвать удачным это решение, поскольку у оппозиционных сил было время на консолидацию, и Йылдырым еще больше "просел". Если на предыдущих выборах экс-премьер завоевал 23 района экономической столицы Турции против 16 у Имамоглу, то 23 июня кандидат от НРП взял уже 27 районов, оставив другу Эрдогана лишь 12. И разрыв в голосах, как видим, составил почти 10%.

К тому же новые выборы он все равно выиграл вопреки, по свидетельствам местных обозревателей, мощному использованию партией власти админресурса. И выиграл с рекордным результатом. До сих пор лучший показатель был у оппозиционера Бедреттина Далана в 1984 г. — 49%. Сам Эрдоган, спустя 10 лет, и близко не стоял с ним по уровню поддержки, получив 25%.

Что дальше

Вывод первый. Карьера Бинали Йылдырыма, которому усиление Эрдоганом президентских полномочий стоило кресла премьера, похоже, идет к закату. По крайней мере пока. Из друга президента, которому дают высокие посты, он окончательно превратился в друга президента на подхвате.

Во-вторых, Партия справедливости и развития, уступив крупные города оппозиции, уходит в провинцию. Но больнее всего, и это в-третьих, все же президенту Турции. Сакральность Стамбула лично для Эрдогана вкупе с ожесточенным сопротивлением избранию Имамоглу мэром в конечном счете обусловили превращение доселе практически неизвестного оппозиционера в политика национального уровня и обретение им статуса главного конкурента самого Эрдогана. То есть власть в некотором роде сама помогла тому, что на политический олимп страны неожиданно выскочил человек, очень напоминающий Эрдогана в молодости — такой же простой парень из народа с аналогичным стартом в Стамбуле, но куда более демократичный (хотя это еще покажет время). Западная пресса, в частности The New York Times, сравнила Имамоглу с Бараком Обамой.

Сейчас Имамоглу — серьезная угроза для Эрдогана. Вокруг него продолжится объединение оппозиционных сил, которые с большой долей вероятности пройдут через трансформацию в некий единый блок или альянс к парламентским выборам в 2022 г. Если им это удастся, а ПСР, используя свои информационные ресурсы, не сможет расколоть этот альянс, то вслед за провалом на муниципальных выборах партию власти ждет и поражение на парламентских. А через год, отметим, должны состояться выборы президента, которые при таком раскладе Эрдоган может проиграть потенциальному фронтмену всей оппозиции — Имамоглу.

Какой следует ожидать реакции от Эрдогана? По мнению представителя Европейского совета по международным отношениям Асли Айдинтасбас, уже только потеря такой значительной для ПСР кормушки (строительные контракты, различные преференции и отчисления, ресурсы для правительственных СМИ), как Стамбул, может запустить цепную реакцию, в конце которой будут досрочные выборы уже в этом или следующем году.

Правда, вероятность такого сценария скорее 50/50. Да, риск сокращения финансовых возможностей и жажда реванша могут подтолкнуть турецкую власть к проведению досрочных выборов. Однако, с другой стороны, такой шаг в целом будет сродни признанию поражения в глазах турецкого избирателя. Продемонстрировав свое отчаяние, партия власти скорее сама у себя отберет голоса, чем прибавит. Доказательством чему служат результаты выборов в Стамбуле после продолжительной и скандальной борьбы. Потому более вероятна подковерная игра. Имея в распоряжении законодательные ресурсы, Эрдоган и его окружение могут по-тихому урезать полномочия мэров, всячески мешать их работе и через СМИ "глушить" оппозиционеров-градоначальников, не давая возможности обвинить власть в создании препятствий для выполнения их предвыборных обещаний. В целом же президенту Турции все-таки придется срочно переставить свой поезд на новые рельсы, иначе состав уйдет без него в другом направлении и с новым начальником.

Деловая столица

Источник: 
PRпортал

Comments (0)

Leave a comment

13 + 7 =
Решите эту простую математическую задачу и введите результат. Например, для 1+3, введите 4.